Содержание Галерея Гостевая книга
Новости О сайте Поиск
Публикации. Статьи


Публикации. Статьи




Художнику-графику Сергею Лодыгину удивительно не повезло с посмертной известностью.
Немного опоздав к началу Серебряного века, он быстро наверстал упущенное, добился успеха, прославился как модный петербургский иллюстратор. Потеряв в Петрограде работу после Октябрьского переворота, оказался в центре художественных и театральных экспериментов послереволюционной российской провинции.
В 20-40-х годах вновь был востребован как журнальный и книжный график, уже в новой столице. Не избежав ни профессиональных взлетов, ни оформительской поденщины, мастер модерна и советского арт-деко умер в високосном 1948-м.
А «дальше – тишина…».
Лодыгин надолго исчезает из истории искусства. Упоминания о нем редки и сопровождаются ошибками. Разночтения в написании фамилии – то «Лодыгин», то «Ладыгин» – создают путаницу в каталогах и справочных аппаратах тех немногочисленных изданий, в которых художник все-таки упоминается.
Сергею Лодыгину приписывают два разных отчества: Петрович и Павлович. Постоянно расходятся сведения о датах рождения и смерти.
Если для первой погрешность составляет год, то разброс дат предполагаемой кончины – более десятилетия.
В единственном некрологе художнику добавлено 6 лет в возрасте. Встречаются неточности или просто выдумки о происхождении и сексуальной ориентации художника.
В сохранившихся документах в графе об образовании художника чаще всего фигурирует Боголюбовское рисовальное училище, в то время как Петербургский Институт гражданских инженеров, где Лодыгин проучился несколько лет, не упоминается. Ему приписываются чужие произведения и места работы, а наиболее интересные подлинные – замалчиваются.
Проиллюстрировавший массу рассказов, стихов и статей самых разных авторов, Сергей Лодыгин практически не упоминается в литературных мемуарах; а те, кто пишет о нем, называют его мельком1, путают с кем-то другим2, порой подают в заведомо вымышленном и искаженном контексте3.
Не помнит о нем ни Ростов-на-Дону, где он совсем позабыт, не смотря на активную театрально-декорационную работу в начале 20-х, ни Саратов, где в обширном анализе местного «культурного взрыва» 1910-30-х годов фигура Лодыгина занимает минимальное место4.
Но время работает на художника. Причины, побудившие авторов статьи обратиться к его жизни и творчеству, двояки. Во-первых, стремление заполнить еще одно «белое пятно» в панораме художественной жизни Саратова, авторам не безразличного.
Во-вторых, давно назревшая необходимость обратить внимание на поколение художников-графиков, сформировавшихся накануне первой мировой войны, и до сих пор недостаточно исследованных или вовсе неизученных.
В последние годы картина начинает меняться. Возвращаются забытые имена художников, связанных с Саратовом: А.Арапов (Алексей-Поль), Н. Загреков, Н. Симон. Преодолевается «достаточно пренебрежительное» до недавнего времени отношение к графике символизма вне круга «Мира искусства».
«Потерянные» художники начала XX века, О.Амосова, Н. Герардов, В. Масютин и другие, обретают биографии, выставки, каталоги-альбомы. Не за горами преодоление того, что «творчество таких графиков, как Мисс, В. Дриттенпрейс или С. Лодыгин, оказалось совершенно (и, как представляется, незаслуженно) забытым»5.
На пересечении этих тенденций и родилось данное исследование. Начав с двух противоположных концов, один – с происхождения художника и документов саратовских архивов, другой – с кончины и московских источников, авторы, нашли достаточно много материалов, позволяющих выстроить, пусть и пунктирно, жизненный путь нашего героя.
28 января 1892 года в уездном городе Аткарске Саратовской губернии, на улице Дворянской, в собственном деревянном доме коллежского секретаря Петра Лодыгина родился мальчик.
6 февраля он был крещен в Михайло-Архангельской церкви и наречён Сергеем. Отец – Петр Сергеевич, сын штабс-капитана Сергея Петровича Лодыгина (полного тезки нашего героя), прослужил во флоте от матроса до унтер-офицера – старшим писарем флотского экипажа6. После увольнения в запас – письмоводитель канцелярии Аткарского уездного предводителя дворянства, помощник секретаря съезда Мировых судей Аткарского округа, член Городской думы Аткарска7. Принадлежал к потомственному дворянству Тамбовской губернии, а после двадцати лет проживания в Саратовской губернии был приписан к саратовскому дворянству. Мать – Виктория Алексеевна, из дворян, дочь губернского секретаря Алексея Петровича Карпова, владелица части родового имения в Аткарском уезде.
Старшие сестры: Софья (род. 7.07.1884), в начале 1920-х заведующая диапозитивной мастерской Саратовского Педагогического музея8, и Варвара (род. 1.03.1887), воспитанница Саратовского Мариинского института благородных девиц9. >Лодыгины (Ладыгины) – старинный дворянский род.
У знаменитого изобретателя лампы накаливания А. Лодыгина10 и художника С. Лодыгина общий предок – прапорщик Наваринского полка Николай Иванович Лодыгин (прадед первого и прапрадед второго).
Художник – троюродный племянник электротехника, сын его троюродного брата, проще говоря, кузен.
В августе 1901 года Сергей Лодыгин поступил в Саратовское Александро-Мариинское реальное училище11. Учившийся там одновременно будущий член группы «13» В.Милашевский пересказывает отзыв преподавателя-словесника: «За двадцать лет моего преподавания я не встречал ученика более талантливого, чем Сергей Лодыгин. Его домашние сочинения за пределами и нормами «ученика 6-го класса» - это молодой писатель, молодой мыслитель, словом – это молодой Грибоедов»12. Из воспоминаний В.Милашевского узнаём о частных уроках рисования, которые юные реалисты брали у А.Никулина, преподавателя Боголюбовского рисовального училища13. Можно предположить, что Лодыгин, также как В.Милашевский посещал вечерние классы Боголюбовки.
Полный курс Александро-Мариинского училища (с отличными оценками по русскому языку, закону Божьему, рисованию и черчению) Сергей закончил 6 июня 1909 года14 и отправился в Петербург учиться в Институте гражданских инженеров (с 1910 года).
Институт готовил специалистов в области архитектуры и гражданского строительства и славился высоким уровнем образования, включавшим архитектурное проектирование и черчение, рисунок, отмывку тушью, акварельную живопись.
В Институте Лодыгин проучился три года, включая 1912/13 учебный год15, но ушел, предпочтя архитектуре иллюстрацию и шрифт. Работать как художник-график начал в 1909-м16.
Правда, сам художник называл годом начала работы в петербургских журналах 1910-й17 или даже 1912-й: «С 1912 по-18 гг. работал иллюстрации во всех периодических изданиях»18. Преувеличение, но небольшое. Очень быстро рисунки молодого художника стали привычными в «Аргусе», «Журнале для хозяек», «Лукоморье», «Ниве», «Огоньке», «Солнце России», «Столице и усадьбе»…
Изначально графическая техника Лодыгина лежит в русле общей традиции журнальной иллюстрации того времени и схожа с манерой О. Амосовой, И. Гранди, В. Сварога: черно-белые полутоновые рисунки, динамично, в острых ракурсах подчеркивающие яркие, ключевые повороты сюжета. Но скоро художник вырабатывает свой стиль, в основе которого увлечение английским модерном и Одри Бердслеем. «Воистину Россия вскормила множество «маленьких бердслеев», в том числе Владимира Левитского, Сергея Лодыгина, Мисс и Дмитрия Митрохина, а также Калмакова»19.
Многие тогда им переболели: «Все мы старались делать наброски, как Бердслей»20. «…Мисс, Ладыгин и целый легион мелких подражателей приспособили прихотливый стиль рафинированного английского мальчика для вкусов читателей журналов «красивой жизни»21. «Рисунки А.В. Ремизовой, работавшей под псевдонимом Мисс, Н.П. Крымова, Н.А. Андреева, Б.И. Анисфельда, С.П. Лодыгина составляют достаточно цельную группу, объединенную общностью приемов. Их отличает «ювелирная» работа пером, тяга к стилизации, богатство и разнообразие орнаментальных мотивов»22. Но хватит цитат. Лодыгин – один из лучших в этой плеяде.
Профессиональные, а затем и дружеские, отношения (видимо, с 1913 года) надолго связали художника с известным репортером и издателем, Василием Регининым, редактором журнала «Аргус». На одном из рисунков Лодыгина на полях – комментарий: «Многоуважаемый Георгий Степанович <неустановл. лицо>. Весьма рекомендую для следующего № «Аргуса» сию обложку. По плакатности – совершенна! Как вот только отнесутся члены Правления. Автор обложки – Лодыгин. Сезонная, осенняя. Ваш Вас. Регинин»23.
В №6 «Аргуса» за 1915 год была опубликована сказка А. Ремизова «Царь Нарбек» с иллюстрациями Лодыгина, причем выбор текста для публикации был сделан самим художником. 25 октября 1915 года Регинин сообщал Ремизову: «Художник отдал предпочтение для иллюстраций первой сказке»24. Для №12 за тот же год Лодыгин сделал иллюстрации к новелле Л. Андреева «Рогоносцы». А рассказ «Чемоданов» для «Огонька» (№1, 3 января 1916) был проиллюстрирован, по согласованию с автором: Андреев дал художнику советы, как лучше изобразить героев рассказа25. С января 1914 года, параллельно с работой в «Аргусе», Лодыгин – в списке-анонсе авторов, готовых работать в наступающем году в другом быстро ставшем знаменитым журнале – еженедельнике «Лукоморье». Как художник избежал фронта с началом войны, мы не знаем. По свидетельству конферансье и режиссера А. Алексеева, знавшего всех сотрудников «Аргуса», людская убыль во «фронтовой мясорубке» была столь велика, что заставляла власти «придирчиво пересматривать списки освобожденных и негодных»26.
Но Лодыгин продолжает работать.
Эффектны полосные иллюстрации в стиле «модерн» в журнале «Столица и усадьба» за 1916-1917-е годы. Сохранились отзывы о «сказочной пышности, богатстве и очаровательности» шестидесяти его иллюстраций к «Суламифи» А. Куприна, выполненных для издателя Амосова27. А самая известная работа художника тех лет – популярная среди филокартистов серия из 10-ти «эротических» открыток, напечатанных в две краски. В 9-ти из них, разбитых по трое, черный цвет дополняется зеленым, красным или фиолетовым, в десятой – желтым. На каждой – ню «в фантастически-экзотическом антураже – со змеями, бабочками, орхидеями, пантерам»28. Открытые письма вышли под эгидой издательства «Художественная Открытка» – с товарным знаком, нарисованным самим Лодыгиным, и адресом: Петроград, Демидов переулок, 229.
Начиная с 1916 года Лодыгин «работал декоратором театров»30. После февральской революции опубликовал в «Огоньке» рисунки на злободневные социально-политические темы31. Наиболее ярко общественные настроения он передал на обложке 42-го номера от 29 октября 1917 года, прямо по горячим следам переворота воплотив «новые образы «настоящего»: над городом, в черном вихре, мчится стая воронов, на одном из которых восседает сама Смерть и трубит в трубу»32.
В Петрограде останавливаются издания, начинается голод, идут аресты. Лодыгин, откровенно «высказавшись» во вскоре закрывшемся «Огоньке», рискует испытать и то, и другое. Как и многие уроженцы провинции, он решает исчезнуть из столицы и, несмотря на ограничения выезда, возвращается в Саратов. Город его юности переполнен талантами: писатели Б. Пильняк, Л. Гумилевский, А. Скалдин, лингвист и литературовед В. Жирмунский, философ С. Франк, режиссёр А. Роом. Но революция бушует и в Поволжье. Голод и аресты угрожают и здесь. Защитная реакция публики на перемены и угрозы – спрос на всё новое: учебу и развлечения. Лодыгин подвизается и там, и там. Он преподает графику в Саратовской Центральной Студии, как громко, в духе времени стала именоваться студия Ф. Корнеева (1918).
Остались в хронике художественной жизни Саратова два вечера отдыха, организованные профсоюзом художников: 8 и 9 февраля 1919 года. Зал консерватории оформляли В. Юстицкий и Н. Симон, фойе - «график-модернист» С. Лодыгин33. Он же был автором костюмов для балета на музыку Л. Цеге «Танцы красок», в котором участвовали профессиональные актёры и актёры-любители изображавшие «Зелёный», «Жёлтый», «Красный», «Белый», «Оранжевый», «Фиолетовый», «Голубой». В Саратове дислоцируется штаб Юго-восточного (с января 1920-го – Кавказского) фронта Красной армии. Армии требуются художники, и А. Кравченко, назначенный А. Луначарским в Саратов для работы в губернской коллегии Отдела изобразительных искусств Наркомпроса (ИЗО), создает при штабе агитационно-плакатную мастерскую, привлекая туда молодежь34.
В 1920-м совместно с А. Кравченко Лодыгин выпускает «превосходные» литографические портреты Ленина и Троцкого, работает в политотделе Запасной армии и мастерской графических работ армии Кавказского фронта, выполняет «вдвоем с другим художником в течение года с небольшим до 5.000 графических рисунков для Народного словаря, намеченного к изданию Крайсоюзом»35. Художник декорирует митинги и (совместно с В. Юстицким и Н. Симоном) агитпоезд политотдела Рязано-Уральской железной дороги36, делает портреты, знамена, плакаты. «Едва просохшие листы отправлялись прямо на фронт»37. И не только «листы», но и их мобилизованные авторы.
В 1919 году у Лодыгина уже «собственная мастерская графики» в 10-й армии. И когда штаб армий Кавказского фронта с политотделом Запасной армии и графической мастерской перемещается в Ростов-на-Дону (апрель 1920 – май 1921), там оказывается и Лодыгин. Он поступает в Театр интермедий А. Сорина, актера провинциальной драмы и режиссера сатирически-комедийного направления; работает декоратором праздников и митингов, спектаклей других Ростовских и деревенских театров38.
Оперный режиссёр Н. Боголюбов, приглашенный в Ростов-на-Дону в театр Политотдела фронта, оставил воспоминания о работе с Лодыгиным над опереттами. В «Розе Стамбула» Лео Фалля «талантливому художнику» было поручено «нарисовать на стене фреску – дама и кавалер танцуют какое-то замысловатое танго». Фреска была написана на тюле, позади него исполнялся танец. Когда фигуры танцоров освещались, «казалось, фреска оживала». Для «Прекрасной Елены» Жака Оффенбаха «талантливый и высококультурный петроградский художник Ладыгин, – продолжает Н. Боголюбов, – очутившийся, как и мы, на мели в Ростове, улыбаясь, …принял мои режиссерские мысли. Он создал лаконические декорации, поражавшие изяществом своих форм. И все это было сделано из бумаги!.. Все декорации и обстановка были выполнены в черных, как на греческих краснофигурных вазах, тонах и только кое-где был применен цвет терракоты». Особо отмечает режиссер костюмы актеров, декорацию ресторана огромного небоскреба и бутафорский самолет-аэроплан в третьем акте, когда действие было перенесено в современность39. Получив, пусть и неоконченное, образование инженера, Лодыгин знал и любил современную архитектуру и технику, был мастер в их изображении.
В Ростове пересекались дороги художников, писателей, актеров и режиссеров из самых разных мест. Помимо театра «Скоморох» и опереточной труппы славились театры: дома Политпросвещения (режиссер – недавно покинувший Саратов Д. Бассалыго), «Гротеск», возглавлявшийся знакомым Лодыгина еще по Петрограду А. Алексеевым, и «Театральная мастерская»40 , где Лодыгин оформил спектакль по пьесе А.Ремизова «Иуда – принц Искариотский» (режиссер А. Надеждин). В «Театральной мастерской» кроме Лодыгина работали художники А. Арапов, М. Сарьян, Д. Федоров, играли знаменитые в будущем актеры А. Костомолоцкий, Г. Тусузов, Р. Холодов, Г. Холодова (Халайджиева), драматург Е. Шварц, А. Литвак, позднее американский кинорежиссер, и др. «Тяжело тогда было в Ростове – никакие миллионы или «лимоны», как их называли, не помогали»41, «...театр давал …крошечную зарплату, право обедать в столовой Рабис и …хлеб»42. Многие хотели уехать, а «Театральной мастерской» это удалось – благодаря хлопотам поэта Н. Гумилева, в 1921-м увидевшего в Ростове спектакль, поставленный по его драматической поэме «Гондла», и пригласившего театр в Петроград. По злой иронии судьбы, когда «Мастерская» туда добралась, поэта уже расстреляли. В поезде, в котором покидала Ростов «Театральная мастерская», «в высоких, метра в полтора, бидонах плескалось подсолнечное масло – весь капитал театра. Деньги падали каждый день, и поэтому заказаны были специальные бидоны и все, что …причиталось, обращено в масло. Бидоны подтекали, …но знатоки утешали, утверждали, что это неизбежно»43.
С этой или другой оказией удалось Лодыгину исчезнуть из Ростова, не знаем, но с 1922 года художник – в Москве. Много старых знакомых работали здесь в небольших эстрадных театрах, рождённых НЭПом: А. Алексеев, О. Амосова, А. Кошевский, Г. Тусузов и др. Присоединяется к их числу и Лодыгин, недолго, по 1923-й год, работая «декоратором театров»44. Если судить по его сохранившемуся эскизу, как тогда говорили, «фабричной марки» театра-кабаре «Нерыдай»45, некоторое время он был связан с этим театром, основанным комическим актёром и режиссёром А. Кошевским. В кабаре «Нерыдай» бывал весь цвет артистической, художественной и литературной Москвы: В. Ардов, С. Есенин, В. Маяковский, В. Шершеневич,Н. Эрдман. В представлениях участвовали М. Гаркави,М. Жаров, Рина Зелёная, И.Ильинский, Г.Тусузов.
В 1923 году Лодыгин вступает в Ассоциацию художников революционной России (АХРР)46, возобновляет контакты с кругом В. Регинина. Помимо театров работу художнику начинают давать возрождающиеся с началом НЭПа издательства. В 1923-м году в журнале «Всемирная иллюстрация» о Лодыгине публикуется статья, призванная напомнить о «замечательном графике», «до революции обращавшего на себя всеобщее внимание в петроградских художественных журналах, а потом неизвестно куда исчезнувшего»47. Редактор «Всемирной иллюстрации» – литератор Н.Шебуев, прославившийся в революцию 1905 года сатирическим изданием «Пулемет». Когда-то помогший В. Регинину войти в литературу, Шебуев и в 20-е годы «считал себя обязанным поддержать»48 своих молодых сотрудников: С. Грузенберга, архитектора и книжного графика, В. Пудовкина, будущего кинорежиссера, а тогда автора обложек журнала, и С. Лодыгина. «Всемирная иллюстрация» утверждала, что если «ранние работы Сергея Лодыгина женственны, салонны и бердслеичны...», то «пройдя через горнило революции, художник развился, окреп и возмужал», «потерял ту слегка слащавую женственность, которою напоены» его прежние рисунки. Подчеркивалось, что «мастер, не переставая быть ювелиром пера, виртуозом штриха, отошел от Бердслея, впитав и по своему претворив левые течения в новую технику»49.
Освоение «левых течений», оригинальные приемы, «мерцающий своими ритмическими утолщениями штрих, мастерское использование пунктира», опыт плакатно-агитационной работы, свежие воспоминания о революции и фронте находят воплощение в новом стилевом подходе художника к иллюстрации. Наиболее показательные работы Лодыгина в книжном дизайне тех лет: «Своими руками» Л. Гумилевского (М., Госиздат, 1925), «Десять дней, которые потрясли мир» Джона Рида (М., ЗИФ, 1928. Не путать с работой С. Чехонина для другого издания той же книги), «Красные дьяволята» П. Бляхина (М., ЗИФ, 1928). Оформление последней из названных книг – одно из высших достижений художника. Увеличенный формат, плотная бумага, заставки и виньетки, большие штриховые иллюстрации, иногда распашные, на весь разворот – всё это, наряду с увлекательным текстом и актуальной темой недавней Гражданской войны, сделало книгу настолько востребованной, что у М. Шолохова, например, подаренный ему экземпляр был украден «так быстро», что тот «и рисунки не успел посмотреть»50. Издательство, с которым Лодыгин преимущественно сотрудничает, – знаменитое акционерное общество «Земля и фабрика», основанное поэтом, прозаиком и критиком В. Нарбутом.
Для ЗИФ в 1928 году Лодыгин оформил Библиотеку исторических романов (приложение к журналу «30 дней») – книги В. Гюго, В. Джованьоли, А. Дюма, Э. Золя, Н. Костомарова, И. Лажечникова, Марка Твена, П. Мериме, Э. Синклера, В. Скотта, Г. Флобера, А. Франса, Г.Р. Хаггарда, Г. Эберса и других.
Помимо книг ЗИФ выпускало несколько журналов. Особо популярны были приключенческий «Всемирный следопыт» и упомянутый ежемесячник «30 дней», главное издание журнального бума эпохи. В обоих активное участие принимал Лодыгин. Редактором «Всемирного следопыта» до 1931 года был В. Попов, издатель и популяризатор научной фантастики в конце 20-х – «золотой век» жанра в СССР. В «эпоху» Попова с журналом сотрудничали ведущие авторы и замечательные художники: В. Ватагин, В. Голицын, А. Шпир. С 1927 года «Всемирный следопыт» стал сопровождаться приложением «Вокруг света», заимствовавшим дореволюционное название. По работе Лодыгина 20-х годов во «Всемирном следопыте» и «Вокруг света» (иллюстрации к рассказам А. Беляева, С. Григорьева, Э. Миндлина, А. Платонова), продолженной позже в журнальной и книжной графике 1930-40-х годов, видно, что Сергей Лодыгин – один из лучших в то время отечественных иллюстраторов фантастики. Яркие образы, динамика, оригинальная техника рисунка, уверенная штриховка, четкость и контрастность изображений, обеспечивающие их адекватное, без потерь, воспроизведение при печати, говорят о таланте, мастерстве, увлеченности и большом полиграфическом опыте автора. В. Милашевский так передает прямую речь Лодыгина, рассказывающего о своих иллюстрациях фантастики: «Работа есть... ее много и, знаешь, больше, чем это нужно художнику! <...> Ты знаешь, мне повезло! <...> Темы изумительные, я очень увлекаюсь»51.
Параллельно Лодыгин работает в основанном В. Нарбутом и В. Регининым журнале «30 дней», одном из самых интересных периодических изданий 1920-х, вокруг которого группировались и известные авторы, и талантливая литературная молодёжь. Сохранился, выполненный Лодыгиным для предоставления в редколлегию издательства «Гудок», примерная, как теперь бы сказали, дизайн-концепция самого первого номера журнала: обоснование идеи журнала, приблизительный эскиз обложки, сохранившей затем в тираже задуманное цветовое решение, но обернувшейся фотомонтажом, иллюстрации в тексте, подписанные художником, перечень задуманных публикаций52.
Современники оценили не только тексты, но и дизайн журнала: он «был прекрасно оформлен»53 и показал, что «можно соединить высокое литературное содержание и авторитет с приятной внешностью» (М. Кольцов), «внешность журнала – образцовая» («Журналист», 1925, №6-7), журнал «богато иллюстрирован и, главное, что хотелось бы отметить, с большим вкусом сверстан» («Правда», № 173, 3104)54. В.Шкловский назвал журнал «30 дней» «виртуозным делом»55. Имя Лодыгина – в выходных данных целого ряда номеров журнала, художник не только делал отдельные обложки, иллюстрации, виньетки, заставки, буквицы и заголовки, но выполнял ответственную роль в формировании визуального облика журнала, вел переговоры с художниками. А ведь в журнале «в числе иллюстраторов были лучшие художники»56 того времени: Ю. Ганф, А. Дейнека, В. Денисовский, Б. Ефимов, Д. Кардовский, В. Квиринг, Г. Клуцис, В. Козлинский, Д. Моор, Б. Нечаев, Ю. Пименов, А. Радаков, А. Родченко, К. Ротов, В. Сварог, Б. Титов.
Журнал «30 дней» неоднократно переживал трудные времена. Например, в 1928-м, когда В. Нарбут был исключён из партии и уволен со всех руководящих постов.
Письмо Лодыгина57 Регинину, видимо, относится именно в такому тяжелому периоду: "Милый Василий Александрович! Пусть рука моя с карандашом, дрожащим от избытка чувств, прольёт бальзам на вашу свежую рану: 1) Конечно не приезжайте до конца отпуска, купайтесь отдыхайте и всё прочее. Выпуск дипломатично затянем. По ходу дела лучше сумеете разобраться в причинах. «30 дней» конечно не погибнет и не должен. Никаких компрометирующих об'явлений не будет. Словом ложных шагов не сделаем. Короче говоря не волнуйтесь. 2) Работу вели и ведем обычным порядком и темпом. О деталях уже упоминают ребята. Для номера не хватает только головы и хвоста и над ними уже начинаем возится. 3) С художниками сначала немного туговато пришлось, все бандиты пораз'ехались. Теперь уловили и заказали. Для Гехта работал Гетманский (рисунки уже сделаны) (достоинство удовлетворительное исключительностью и оригинальностью не поражают - скромны). Всеволод Иванов у Черемных ждем на днях. Вероятно постарается. Вообще пусть Вас не оставляет спокойная уверенность, что по возвращении ни трупов ни обгорелых обломков «30 дней». Страшно рад был-бы написать еще несколько дружеских теплых слов но Нюма стоит над душой и боится опоздать отправить письма поэтому кончаю самым горячим приветом Вам, М. А и Кирочке. Ваш С. Лодыгин"
С увольнением Нарбута трудности не прекратились. В 30-е годы покидает журнал В. Регинин, а затем и Лодыгин. Какое-то время он участвует в издании ведомственного журнала Трактороцентра «На стройке МТС». А с июля 1933 года уже до самой смерти сотрудничает с журналом «Техника – молодёжи» издательства «Молодая Гвардия». Со своим архитектурно-инженерным образованием, сложившимся графическим стилем, сочетающим черты модерна и авангарда (по сути дела, тем, что составляет стиль арт-деко, и особенно его техноцентрическое направление – искусство «века машин»), навыками научно-фантастической иллюстрации, огромным опытом журнальной, книжной, редакционной работы, талантом и работоспособностью Лодыгин оказывается настоящей находкой для нового журнала. В «Технике – молодежи» были (почему «были», если Лодыгин сотрудничал со времени основания?,тогда «были и другие….») свои мастера: внук И.К.Айвазовского, летчик-ас первой мировой войны К. Арцеулов, В. Брискин, Н. Немчинский, Л. Смехов (дядя актёра В.Смехова), конструктивист В. Стенберг (тоже возможна перетасовка внутри ряда, я Немчинского как художника в интернете не нашла, только как автора «Техники-молодёжи»), но Лодыгин среди них не затерялся. Многие его обложки, шрифтовые композиции и иллюстрации, особенно те, в которых присутствует футуристические здания и техника, производят впечатление и сегодня. Одна из ярких работ, поражающая своей временной привязкой, – реактивная ракета, штурмующая небо, опубликована на обложке июньского номера за 1941 год!
В годы войны Лодыгин остаётся в Москве. В 1943-м вступает в графическую секцию Московского Союза Советских Художников59. Сохранилось его заявление о приеме60, из которого узнаём ещё некоторые подробности: о работе в бюро печати при музее Охраны материнства и младенчества61, Воениздате и участии на выставках АХРР, общества «Жар-цвет», на выставках за рубежом.
Действительно, Лодыгин был экспонентом немногих, но значительных художественных выставок. И судя по работам, упомянутым в каталогах6263, во второй половине 1920-х годов он занимался не только иллюстрациями, но делал и станковые вещи. Затем принимал участие на зарубежных выставках советского искусства в Берлине (1930), Кёнигсберге (1932), Нью-Йорке (1933) и Лондоне (1934), показывая плакаты64.
Известно не менее 50 плакатов художника, сделанных на темы строительства, выборов в Советы народных депутатов, культуры быта, торговли и производства, охраны труда, гигиены, профилактики детских болезней. Конечно, много рутины, но куда ж без нее: лозунги, технические иллюстрации, изостатистика. Он оформляет научно-популярную65, военно-патриотическую66, санитарно-просветительскую67, детскую 68 литературу, а в конце жизни возвращается к фантастике – делает замечательные рисунки, обложку и форзац для «Затерянного мира» А. Конан-Дойля, изданного, увы, без указания имени художника, в серии «Библиотека приключений» (М., Детгиз, 1947)69.
Известны московские адреса художника. В начале 20-х – Спасский пер., 3, кв.1070 – нынешний Копьёвский переулок, недалеко от Большого Театра. Затем Лодыгин всегда указывал адрес издательства «ЗИФ»71: Малый Черкасский переулок, д.3/4 (позднее д.1), кв.59-а 727374. В этом же доме располагалось издательство «Детская литература», с которым Лодыгин также сотрудничал. Жил он там или давал адрес издательства для удобства, неизвестно.
С 20-х годов Лодыгин женат. Жена – Мария Яковлевна – намного пережила художника и умерла в начале 80-х.
Детей у них не было. В 30-е годы долгие дружеские отношения, своего рода «интеллектуальный роман», связывали Лодыгина с коллегой по плакатной работе в ИЗОГИЗ, художницей Галиной Константиновной Шубиной (1902–1980).
По ее воспоминаниям, известным со слов внучки художницы А. Дмитриевой, которую благодарим за рассказ, Лодыгин был замечательным человеком высокой культуры, добрым, скромным, умным, хорошо образованным, знающим и ценящим искусство, хранившим в памяти большое количество стихов. 9 июня 1948 года Сергея Лодыгина не стало. Данные о времени смерти документально подтверждены архивом ЗАГСа Москвы и зафиксированы в некрологе: «9 июня с. г. в возрасте 62 лет 75(возраст указан ошибочно, С. Лодыгину было 56 лет) безвременно скончался старейший художник журнала «Техника — молодежи», член Московского отделения Союза советских художников Сергей Петрович Лодыгин. Работая в журнале с первых лет его основания, Сергей Петрович был одним из тех людей, которые создали художественный облик нашего журнала. Читатели хорошо знают и любят блестящие работы Сергея Петровича. Его глубоко проникновенные рисунки, посвященные истории русской науки и техники, раскрывают перед молодым поколением благородный облик отечественных ученых. Племянник великого русского деятеля науки А. Н. Лодыгина — изобретателя электролампы, Сергей Петрович свой талант художника отдавал делу утверждения величия русской науки. С прекрасным пониманием существа дела он иллюстрировал статьи, посвященные достижениям советской наук» и техники. Его рисунки органически дополняли текст, в языке живописи раскрывая сущность сложнейших процессов, машин и аппаратов, помогая читателю проникнуть в мир высокой науки и техники наших дней. Произведения Сергея Петровича стали необходимой частью молодежного журнала. Художник горячо любил советскую молодежь. С подлинным вдохновением работал он на трудном и почетном поприще пропаганды научных знаний среди молодежи. И молодежь ценила старого художника. С каким волнением и радостью читал Сергей Петрович письма, исполненные благодарности, присылаемые в редакцию молодыми читателями! Лодыгин был прекрасным и отзывчивым товарищем, человеком высокой и благородной души, не жалевшим ни времени, ни сил на общее благо. Коллектив работников журнала «Техника–молодежи» глубоко скорбит об утрате замечательного художника и человека»76.
Прежде, чем поставить точку, зададимся вопросом, что в остатке? Блестяще одаренный молодой художник из волжской провинции, почти самоучка, мечтал стать «Русским Бердслеем» и стал им. Он не единственный, но, пожалуй, лучший из добившихся популярности. Но стать другим человеком невозможно. Лодыгину потребовались годы иллюстраторской и книжной работы, чтобы стать самим собой и выработать свой собственный стиль. И вся жизнь – на то, чтобы, растворившись в море журнальных страниц, книжных обложек, плакатов, иллюстраций и заголовков, научиться не афишировать эту уникальность и выжить, будучи на самом виду, но постоянно исчезая и, в конце концов, успешно исчезнув не только из сферы внимания художественной критики, но и, берите выше, из-под контроля и бдительного ока Большого Брата.
Только в 1967-м «художника Лодыгина» (именно так, без инициалов, воспроизводя подпись к плакату) вспоминают, включая его плакат «К учёбе, к станку, к общественной жизни» в юбилейное переиздание лучших отечественных плакатов. Тремя годами позже о Сергее Лодыгине рассказывает товарищ его юности В. Милашевский. Но в основном творчество Лодыгина становится уделом внимания коллекционеров, а с появлением интернета – блогеров – поклонников русского модерна и эротической иллюстрации. В последнее время ситуация начинает меняться. Появляются репродукции отдельных полиграфических работ художника – в изданиях, посвященных русской иллюстрированной периодике , «печатным картинкам революции» , художественной открытке и эротике Серебряного века (в последнем случае – без указания источника или анонимно). Наиболее подробная биографическая справка – в монографии М. Нащокиной.
Данная публикация готовилась к 120-летию художника, но уточнение даты рождения показало, что с юбилеем мы опоздали. Утешением может служить то, что в 2012 году совершенно неосознанно и по каким-то «промыслительным совпадениям» годовщина все-таки была отмечена (пусть и с привычными ошибками в датах жизни и отчестве) – публикацией работы Лодыгина и небольшой заметки о нем в родном для него Саратове и, главное, экспонированием двух его рисунков, впервые опубликованных в журнале «Столица и усадьба» в 1916 году («XXVIII век. Маркиза» и «XX век»), на выставке в Государственной Третьяковской галерее. Усилиями куратора выставки Олега Антонова работы Лодыгина заняли на экспозиции достойное место между работами совсем небезразличных для художника и по-разному связанных с его биографией П. Кузнецова, Г. Нарбута и Мисс (А. Ремизовой).
Лодыгин возвращается, а вместе с ним – возможность оценить его творчество по достоинству и, будем надеяться, разгадать остающиеся до сих пор нераскрытыми загадки его биографии.



1 - Кузмин М.А. Дневник 1908-1915. СПб., 2005. С. 463. Шварц Е. Живу беспокойно... Из дневников. Л.: Советский писатель, 1990. С.
2 - Кузьмин Н.Н. Давно и недавно. М., 1982. С. 232, 267.
3 - Милашевский В.А. Побеги тополя // Волга. Саратов, 1970. №11. С. 179-188. Вчера, позавчера… Воспоминания художника. Л., 1972. С. 33-39. Вчера, позавчера… Воспоминания художника. 2-е изд. испр. и доп. М., 1989. С. 45-47.
4 - Водонос Е.И. Очерки художественной жизни Саратова эпохи «культурного взрыва». 1918-1932. Саратов, 2006. С. 124, 248, 277.
5 - Обухова-Зелиньска И.В. Русская книжно-журнальная графика в пред- и послереволюционные годы / Символизм в авангарде. М., 2003. С. 337.
6 - Государственный архив Саратовской области (ГАСО). Ф. 19. Оп. 1. Ед. хр. 2157 Л. 3-10.
7 - Адрес-календарь Саратовской губернии на 1888 год. Саратов, 1888. С. 154.
8 - СГХМ имени А.Н. Радищева. Отдел хранения архивных материалов. Ф.14. Оп. 1. Ед. хр. 4. Л. 175 об.
9 - ГАСО. Ф. 381. Оп. 1. Ед. хр. 1813.
10 - Жукова Л. Н. Лодыгин. ЖЗЛ. М., 1983. С. 8-23.
11 - Один из бывших учеников училища - В. Борисов-Мусатов - к тому времени уже имел российскую известность. Параллельно с С.П. Лодыгиным, кроме В. Милашевского, учились будущие художники Н. Симон и Д. Райхман (Даран)
12 - Милашевский В.А. Побеги тополя // Волга. Саратов, 1970. №11. С. 179.
13 - Милашевский В.А. Вчера, позавчера… Воспоминания художника. Л., 1972. С. 33-39.
14 - Аттестат С. Лодыгина об окончании Александро-Мариинского реального училища. ГАСО. Ф. 377. Оп. 1. Ед. хр. 796. Л. 21, 21 об.
15 - Институт гражданских инженеров Императора Николая I-го. Отчет об учебных занятиях в 1911-12 уч. Году. Личный состав… на 1912-1913 учебный год. С.-Пб. 1912. С. 74.
16 - Справочник по художникам, составленный А.В. Григорьевым. Рукопись, 1936 // Государственная Третьяковская галерея. Отдел рукописей. Ф. 91.Ед. хр. 404. Л. 13. Выставленная на продажу через интернет работа «Фавн» (бумага, гуашь, акварель 15х10) из частного санкт-петербургского собрания, также датирована 1909 годом. Пока это наиболее раннее из известных произведений Лодыгина.
17 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Московский Союз Советских Художников, 10 марта 1943 // РГАЛИ. Ф. 2943. Оп. 1. Ед. хр. 1617. Л. 36.
18 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России, 4 февраля 1923 // РГАЛИ. Ф. 2941. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6.
19 Боулт Джон Э., Балыбина Ю.В. Николай Калмаков. М., 2008. С. 26-27.
20 Остроумова-Лебедева А.П. Автобиографические записки. Книга 1. М., 1974. С. 495.
21 Кузьмин Н.В. Давно и недавно. М., 1992. С. 231-236.
19 - Антонов О. Жизнь уникальной коллекции. К выставке русского рисунка из собрания ГМИИ им А.С. Пушкина в залах ГТГ // Третьяковская Галерея. 2012. № 4 (37). С. 25.
20 - Лодыгин С.П. Эскиз обложки журнала «Аргус» // РГАЛИ. Ф. 1433. Оп. 3. Ед. хр. 306. Л. 1.
21 - Ремизов А.М. Переписка редакций и издательств «Аргус», «Лукоморье», «Народоправство» и др. в связи с изданием его произведений // Института русской литературы РАН (ИРЛИ). Ф. 256. Оп. 2. Ед. хр. 24. Л. 22.
22 - Андреев Л. Советы иллюстратору «Чемоданова» // РГАЛИ. Ф. 11. Оп. 4. Ед. хр. 14. Л. 49.
23 - Алексеев А.Г. Серьезное и смешное. Полвека в театре и на эстраде. М., 1972. С. 57, 84.
24 - Виртуоз штриха – С. Лодыгин // Всемирная иллюстрация. М., 1923. №9. С. 10.
25 - Нащокина М.В. Художественная открытка русского модерна. М., 2004.
26 - Издательство, вероятнее всего, либо вымышленное, либо ограничившееся выпуском одной этой серии. Во всяком случае, коллекционеры не подтверждают существование каких-либо других открыток, выпущенных этим «издательством».
27 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России, 4 февраля 1923 // РГАЛИ. Ф. 2941. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6э
28 - Аксенов В.Б. 1917 год в художественном восприятии современников // Отечественная история. 2002. №1. С. 100
29 - Аксенов В.Б. Повседневная жизнь Москвы и Петрограда в 1917 году. Дисс. на соиск. уч. ст. канд. ист. наук. М.: 2002. - 223 с. - С. 58.
30 - М.Г. Два вечера художников // Художественные известия. Саратов:1919. № 11 (38). 8–11 февраля. С. 12–13.
31 - Сапего И.Г. Алексей Ильич Кравченко. М., 1986. С. 140.
32 - Виртуоз штриха // Всемирная иллюстрация. М.,1923. №9. С.10.
33 - Савельева Е.К. Художник Николай Симон: факты и предположения //Литературно-художественный авангард в социокультурном пространстве российской провинции: история и современность. Саратов, 2008. С. 310-317.
34 - Кеменов В.С. Алексей Кравченко. Живопись. Графика. Л., 1986. С. 20.
35 - Виртуоз штриха // Всемирная иллюстрация. М.,1923. №9. С.10.
36 - Боголюбов Н.Н. Шестьдесят лет в оперном театре: Воспоминания режиссера. М., 1967. С. 248-251.
37 - Зайчикова Л. Г. История «Театральной мастерской» по материалам из фонда Ростовского областного музея краеведения // Известия Ростовского областного музея краеведения. 2001. № 9.
38 - Боголюбов Н.Н. Шестьдесят лет в оперном театре: Воспоминания режиссера. М., 1967. С. 248-251.
39 - Шварц Е. Живу беспокойно... Из дневников. — Л.: Советский писатель, 1990. С. 346.
40 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России//РГАЛИ. Ф. 2941.Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6.
41 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России, 4 февраля 1923//РГАЛИ. Ф. 2941. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6.
42 - Лодыгин С.П. Театр-кабаре «Нерыдай» (бумага, тушь, перо). Галерея «Лаврушин», сайт: www.artgallerylavrushin.ru/62/59/article443.htm
43 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России, 4 февраля 1923//РГАЛИ. Ф. 2941. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6.
44 - Виртуоз штриха//Всемирная иллюстрация.1923. № 9. С. 10.
45 - Миндлин Э.Л. Необыкновенные собеседники. М.,1968.С. 227-234.
46 - Виртуоз штриха//Всемирная иллюстрация.1923. № 9. С. 10.
47 - Шолохов М. А. Письмо Левицкой Е. Г.от 31 июля 1929 года.// Шолохов М. А. Письма/РАН; Институт мировой литературы имени А. М. Горького; Государственный музей-заповедник М. А. Шолохова. М., 2003. С. 39. Лодыгин иллюстрировал и произведения самого Шолохова: Донские рассказы, М., Московский рабочий, 1929. Роман-газ.; № 16 (46).
48 - Милашевский В.А. Побеги тополя // Волга. Саратов, 1970. №11. С. 183.
49 - Примерный макет журнала «30 дней». 1925 г. // РГАЛИ. Ф. 1433. Оп. 3. Ед. хр. 555. 110 л.
50 - Тэсс Т. Друзья моей души. М., 1982. C. 112.
51 - Рекламная листовка «Что пишут о «30 днях»? М.: издательство «Гудок» // РГАЛИ. Ф. 1433. Оп. 3. Ед. хр. 560. Л. 8
52 - Статьи и заметки о журнале «30 дней» // РГАЛИ. Ф. 1433. Оп. 3. Ед. хр. 560.
53 - Тэсс Т. Друзья моей души. М., 1982. C. 112.
54 - Лодыгин С.П. Письмо Регинину В.А.// РГАЛИ. Ф. 1433. Оп. 2. Ед. хр. 93. Л. 1 и 1 об.
55 - В. Иванов - писатель, М. Черемных и А. Гетманский – художники. М.А. – Мария Александровна Регинина, жена В. Регинина. Кирочка - его дочь Кира Васильевна Регинина, Нюма, по мнению авторов, - Вениамин Арнольдович Файнзильберг, инженер, топограф и фотограф, младший брат писателя Ильи Ильфа и художника-эмигранта Сандро Фазини. То, что письмо относится к 1928-му году, не только году ареста В. Нарбута (сентябрь), но и публикации в журнале (с января по июль) романа И. Ильфа и Е. Петрова «12 стульев» и первого рассказа Семена Гехта «Полет за 15 рублей» (январь).
56 - РГАЛИ. Ф. 2943.Оп. 1. Е. х. 1669. Л. 4 об.
57 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в МССХ // РГАЛИ. Ф. 2943.Оп. 1.Ед. хр. 1617. Л. 36.
58 - Существовал в 1930-е в Москве на ул. Кропоткинской (ныне - Пречистенка).
59 - 3-я выставка картин московского общества художников «Жар-цвет». Москва. 1926. Экспонируются работы из серии «Четыре времени года» (№№ по каталогу): 54. Июль. Полдень. 55. Июль. Старый сад. 56. Июль. Ель. 57. Август. Липы. 58. Сентябрь. Рассвет. 59. Октябрь. Туман.
61 - 11-я выставка Ассоциации Художников Революции (АХР) «Искусство в массы». Москва. 1929. Экспонируются работы «Полдень», «На прогулку» и этюды. По крайней мере, одна картина С.П. Лодыгина была репродуцирована на художественной открытке (№ 680, «Полдень»), изданной Художественным издательством «Акционерное Общество АХР», тир. 30000 экз.
62 - Выставки советского изобразительного искусства: Справочник. Т. 1 (1917—1932 гг.). М., 1965. – С. 295-297, 367, 423. Т. 2 (1933—1940 гг.). М.: Советский художник, 1966. 582 с. – С. 35, 73.
63 - Рассказы о науке и ее творцах: Хрестоматия для всех. М.-Л., 1946. 328 с.
64 - Народ-богатырь. IX—XIII вв. М., Воениздат. 1948, 98 с.
65 - За чистоту, за культуру в колхозе. Автор Трахтман. Худ. Лодыгин. Редактор Немировский. М.-Л., ИЗОГИЗ, 1933.
66 - Лодыгин С.П. Макеты книг Александровой З.Н. Наши ясли. 1934. У нас в саду. 1941//РГАЛИ. Ф. 630. Оп. 7. Ед. хр. 16.Ф. 630. Оп. 7. Ед. хр. 12 Две разных ед. хр.?
67 - Красноречивое умолчание, пока неразгаданное авторами. Не только по атрибуции компетентных библиофильских сайтов о фантастике (http://www.fantlab.ru/blogarticle10698), но и по стилю можно уверенно полагать, что автор анонимных иллюстраций – С. Лодыгин.
68 - Лодыгин С.П. Заявление о приеме в Ассоциацию Художников Революционной России, 4 февраля 1923 // РГАЛИ. Ф. 2941. Оп. 1. Ед. хр. 7. Л. 6.
69 - Вся Москва: адресная и справочная книга на 1930 год. М.: Московский совет р. к. и к. д., 1930.
70 - Каталог выставки картин 1926 г. Московское общество художников «Жар-Цвет», указ. изд. – с. 5.
71 - Григорьев А.В. Указ. док.
72 - РГАЛИ. Ф. 2943.Оп. 1.Ед. хр. 1617. Л. 36.
73 - Возраст указан ошибочно, С. Лодыгину было 56.
74 - Сергей Петрович Лодыгин. Некролог // Техника-молодежи. М.: 1948. № 6. С. 28.





Жизнь и деятельность Феодосия Углицкого, святителя Черниговского
Оглавление

<<< 17 >>>

© 2006 Валерия Шахбазова